05.06.2009

«Газпром» ищет крайнего в своих коммерческих провалах

Автор статьи

uaEnergy

Просмотров

0

Комментариев

0

pic

05.06.2009

Катастрофические итоги первого квартала заставили российскую газовую монополию взяться за разработку новых дополнений к январскому...

...украинско-российскому газовому контракту. Еще не факт, что Киев их примет. Зато будет хороший повод показать Европе, кто опять крайний в российских газовых проблемах

Международное энергетическое агентство (МЭА) на минувшей неделе обнародовало статистику падения доходности ведущих мировых экспортеров газа в первом квартале. Лидером падения был назван российский «Газпром», доходы которого рухнули вниз более чем в пять раз по сравнению с аналогичным периодом 2008 года. Традиционно занесенные агентством в зону риска корпорации живо берутся оправдываться и презентовать антикризисные меры. Но вместо признания собственных провалов российская монополия избрала альтернативный путь — взялась доказывать Европе, что виной всему являются не устаревшие методы развития внешних рынков сбыта, а некие слабые позиции монополии на проблемном украинском направлении газового бизнеса

ПРОВАЛЬНАЯ СТАТИСТИКА ПЕРВОГО КВАРТАЛА

Сводная статистика «Газпрома», по данным МЭА, за январь-май показала снижение суммарного экспорта газа в Западную Европу на 38% — до 22,07 млрд. м3. Рекордно — на 50% — упали поставки на основные рынки, в Германию и Италию, поставки газа в Центральную и Восточную Европу сокращены на 43% — до 12,23 млрд. м3. В целом экспорт в страны ЕС снизился на 30%. Незначительно выросли поставки в Великобританию, Латвию, Эстонию и Польшу, но этот прирост не оказал заметного влияния на общую негативную ситуацию из-за низкой, до 11%, общей доли этих стран в российском экспорте.

Из квартального отчета «Газпрома» следует, что на протяжении минувших трех месяцев цена реализации российского газа в ЕС достигла своего максимума в $498 за 1 тыс. м3 с учетом пошлин и $390 без них. При этом МЭА сообщило среднюю цену реализации норвежской StatoilHydro, крупнейшего конкурента «Газпрома» на рынке ЕС, она составляла $360–370 за 1 тыс. м3. Средняя цена продаж корпорации Shell составила $333, средние цены корпорации BP — $196,4 за 1 тыс. м3, что почти в два раза ниже цены российского газа.

До марта «Газпром» имел возможность опускать цену до уровня конкурентов, перепродавая странам ЕС часть транзитного газа, закупавшегося в Туркменистане. На него не начислялась экспортная пошлина. Такое транзитно-ценовое окно традиционно позволяло «Газпрому» сохранять за собой наиболее конкурентные сегменты европейского рынка, предлагая ресурсы по ценам ниже $390. Но данный нюанс срабатывал лишь до общего падения цен. К тому же в настоящее время, как резюмировали эксперты МЭА, Туркменистан закрыл поставки за март-апрель и сформулировал «Газпрому» свое новое ценовое предложение на второе полугодие 2009 года — $350 за 1 тыс. м3 на туркмено-узбекской границе. После этого ценового демарша ввоз туркменского газа в РФ резко сократился. «Газпром» оказался попросту не в состоянии выдерживать ценовую конкуренцию в борьбе за рынки ЕС. Он очутился на грани потери своих позиций, официально признав, что из-за новых азиатских цен его валовой доход за три месяца сократился в пять раз, до 33 млрд. руб. Годом ранее «Газпром» получил за аналогичный период 174- миллиардный доход.

ПЕРВАЯ ЖЕРТВА: ОСТАНОВКА РЕМОНТА ХРАНИЛИЩ

Ожидает ли «Газпром» к концу года 10-кратное падение доходов? Пока этот вопрос в Москве относят в разряд гадания на кофейной гуще. МЭА же считает подобного рода отговорки как минимум опрометчивыми — газовый рынок формируют долгосрочные контракты, и вывести негативный тренд за год уже сейчас не составляет особого труда. Это, впрочем, не мешает менеджменту «Газпрома» отрицать, что обвал продаж стал долговременным процессом. Представители монополии попытались объяснить масштабные негативные перемены посткризисным шоком европейской экономики: «Европейцы сейчас ждут резкого снижения цен на топливо в третьем квартале и пока предпочитают использовать газ местных производителей, сжиженный газ из Африки, газ из хранилищ и так далее. Но в работе с «Газпромом» действует принцип «бери или плати», а деньги за невыбранный газ потребитель платит только в конце года. А в третьем-четвертом квартале закупки вырастут. И цена будет уже другой», — оптимистически оценил провальную статистику представитель «Газпромэкспорта».

Итоги первого квартала, как сказано в отчете МЭА, заставили «Газпром» пойти на первые жертвы — остановить программу капиталовложений в ремонт и расширение мощностей системы подземных хранилищ газа. Сейчас российские хранилища переполнены, за счет отбора ресурса из них «Газпром» пытается компенсировать падение добычи, которое к концу года может достигнуть 15–18%. «При этом никто не рискует говорить, как долго все это сможет продолжаться», — резюмировали докладчики МЭА.

КРИЗИСА НЕТ. ПРОСТО ЕСТЬ ОДНА «ОБЩАЯ» ПРОБЛЕМА С КИЕВОМ

Комментарием к таким пессимистическим прогнозам стали очередные новации «Газпрома» в газовой торговле с Украиной, ведущим покупателем российского газа в Европе. Рачительно подсчитав выделенные Украине транши МВФ и даже поковырявшись во всех вероятных изменениях госбюджета страны-соседки, представители российской монополии уполномочили себя заявить, что ее партнер по бизнесу НАК «Нафтогаз Украины» опять очутился на грани банкротства (в который раза за последние три года). Плачевное состояние дел у соседей, соответственно, требует руки помощи, даже двух. Они и были незамедлительно протянуты — представители «Газпрома» заявили, что предложили «Нафтогазу» за российский счет закачать около 15 млрд. м3 газа на хранение в украинские хранилища, а также изучить возможность авансовой оплаты стоимости транзита газа по украинской территории на несколько лет вперед.

Обе эти инициативы при детальном рассмотрении уже сами по себе являются признанием того, что катастрофические итоги газовой торговли в первом квартале заставляют «Газпром» буквально на ходу менять свою стратегию по отношению к Киеву. Ее суть, зафиксированная в украинско-российском соглашении, состояла в системе взаимных уступок: Москва соглашалась на предоплату транзита исключительно деньгами и авансом к плавающим (ныне падающим) ценам, которые будут исчисляться каждый год поквартально, а Киев уступил, гарантировав все 10 лет действия соглашения взимать с «Газпрома» твердую ставку транзита на прежнем уровне (почти в три раза ниже среднеевропейского). Соглашение принесло условный паритет интересов, за исключением одной российской надежды. Это стратегический расчет на то, что работа по принципиально новому соглашению приведет к вымыванию всех средств из «Нафтогаза». Он якобы утратит возможность содержания газотранспортной сети и к 2010–2011 годам будет вынужден расширить доступ «Газпрому» к украинским газотранспортным активам, вплоть до реанимации пресловутого проекта создания газотранспортного консорциума.

До апреля эта мегацель стоила россиянам потерь, заложенных в паритетный характер соглашения. Однако в апреле Украина и ЕС заключили Брюссельский меморандум, который вывел украинскую систему газопроводов из-под влияния «Газпрома». И газотранспортная «фишка», заложенная в январский украинско-российский газовый договор, попросту лопнула. Вышло, что соглашение надо либо деликатно отменять, подписав в 2010 году новое, уже межправительственное, а не коммерческое транзитно-ценовое, либо же вдохнуть в еще работающий контракт новый коммерческий смысл.

ВОЙНА ВОЙНОЙ, А БУХУЧЕТ ПО РАСПИСАНИЮ

Выдвинутое в мае предложение о предоплате транзита и закачке газа в украинские хранилища на первый взгляд выглядит формальным признаком поиска этого нового смысла, хотя о том, что январское газовое соглашение проживет без изменений все отведенные ему десять лет, уже никто не говорит ни в Москве, ни в Киеве. Ни тем более в Брюсселе, чиновники которого терпеливо ждут от Кремля действенных антикризисных мер, а не очередных попыток найти крайнего. Украинские власти, вероятнее всего, одним махом откажутся от предложенного варианта помощи, что даст прекрасный повод посудачить об очередном этапе нестабильности и банкротстве НАК «Нафтогаз Украины». Но не более. Ведь информационные войны — не тот инструмент, с помощью которого «Газпром» сможет реально поправить свое финансовое положение. С начала года он, обогнав европейский банк Fortis, стал ведущей мировой корпорацией-должником, накопив кредитов на сумму более $90 млрд. И эти займы нужно обслуживать, а не рассказывать банкирам сказки об издержках «на сложных украинских партнеров».

Комментарии 0

Написать комментарий