15.05.2009

"Третий пакет" для "Газпрома"

uaEnergy

3

0

"Третий пакет" для "Газпрома"

Европейский рынок природного газа находится на пороге трансформации, которая, возможно, приведет к прекращению существования системы, характеризующейся доминированием крупных вертикально интегрированных компаний и организацией поставок по долгосрочным контрактам. Утверждение Европарламентом в конце апреля третьего законодательного пакета, регулирующего европейский газовый рынок, фактически завершает процесс его либерализации. При этом Евросоюз требует, чтобы и страны, поставляющие природный газ европейским потребителям, играли по его правилам. Однако с этим согласны не все…

Виктор ТАРНАВСКИЙ

Игра по правилам

События января 2009 г., когда европейские потребители оказались на две недели "отлученными" от российского газа, явно сыграли роль катализатора для далеко идущих изменений на европейском газовом рынке. В конце апреля Европарламент утвердил так называемый "третий пакет" мер по либерализации европейского энергорынка.

Ключевым моментом в новых правилах, которые окончательно вступят в силу в 2012 г., стало законодательное разделение деятельности по добыче/импорту и поставкам газа. Европейским вертикально интегрированным компаниям придется либо продать принадлежащие им сети газопроводов, либо передать их под управление специализированных структур, подлежащих жесткому государственному регулированию.

Более того, эти правила должны принять и компании из не входящих в ЕС стран, желающие владеть газовыми магистралями на территории Евросоюза, иначе им будут прямо запрещены инвестиции в данные активы.

Понятно, что эта поправка направлена исключительно против российского "Газпрома" как единственной "не-ЕСовской" компании, заинтересованной в получении контроля над европейскими газовыми магистралями.

Кроме того, в апреле-мае в Европе уже состоялись или состоятся в ближайшее время несколько саммитов, посвященных газовой тематике. Ключевые вопросы, рассматриваемые на этих мероприятиях, включают проекты новых газопроводов (прежде всего, Nabucco, который теперь предполагается подключить к туркменским газовым ресурсам) и организацию европейского газового рынка в новых условиях.

Россия, даже несмотря на резкое сокращение экспорта в начале текущего года, остающаяся крупнейшим поставщиком природного газа в ЕС, внесла свой вклад в эту дискуссию. Во время визита в Финляндию российский Президент Дмитрий Медведев озвучил так называемый "Концептуальный подход к новой правовой базе международного сотрудничества в сфере энергетики…", опубликованный 21 апреля.

Опираясь на этот документ, российские политики повели наступление на подписанную еще в 1991 г. Энергетическую Хартию, которая, даже будучи не ратифицированной Россией и еще некоторыми странами, де-факто определяет правила игры на европейском газовом рынке.

Как заявил премьер-министр России Владимир Путин, предложенная Россией концепция могла бы стать базой для разработки нового международного соглашения, которое заменило бы Энергетическую Хартию и создало новую международную систему торговли энергоносителями, под которыми понимаются не только природный газ, но и нефть, уголь и уран.

Российское предложение вызвало в целом негативную реакцию руководства ЕС. Еврокомиссар Андрис Пиебалгс заявил в конце апреля, что этот документ не может заменить Энергетическую Хартию, которая к тому же уже ратифицирована многими странами. И хотя в начале мая российские СМИ сообщали, что некоторые страны ЕС высказали одобрение в адрес "Концептуального подхода…", Еврокомиссия, наверняка, не будет воспринимать этот документ как руководство к действию.

Публикация "Концептуального подхода..." накануне утверждения Европарламентом "третьего пакета" выглядит запоздалым стремлением России заявить о своих взглядах и интересах, когда караван, как говорится, уже ушел, а изменения, которые в ближайшее время должны произойти на европейском газовом рынке, приняли необратимый характер.

Кроме того, нельзя не отметить, что идеология межгосударственных отношений, на которой основан "Концептуальный подход...", совершенно не стыкуется с концепцией либерализированных рыночных отношений, которой придерживается Евросоюз.

Позиции для дискуссии

Согласно опубликованному документу, Россия предлагает создать механизм межгосударственного сотрудничества в плане обеспечения глобальной энергетической безопасности. Он предусматривает, помимо прочего, такие положения, как:

  • взаимная ответственность стран - потребителей и поставщиков энергоресурсов, а также транзитных государств за обеспечение глобальной энергетической безопасности;
  • недискриминационное поощрение и защита инвестиций, включая осуществление новых инвестиций во все звенья энергетической цепочки;
  • поощрение взаимного обмена активами энергетического бизнеса в рамках инвестиционной деятельности;
  • обеспечение недискриминационного доступа к энергетическим технологиям и участие в передаче технологий;
  • обязательность консультаций и координации энергетической политики и связанных с ней мер, в т.ч. в области формирования будущей структуры энергетических балансов, диверсификации энергоснабжения, регуляторных документов в области производства, торговли, транзита и потребления энергии, планирования и осуществления инфраструктурных проектов, оказывающих влияние на глобальную и региональную энергетическую безопасность;
  • стимулирование широкого научно-технического сотрудничества в энергетике, включая вопросы альтернативных и возобновляемых источников энергии, повышения энергоэффективности и энергосбережения во всех звеньях энергетической цепочки.

    Составной частью "Концептуального подхода..." является перечисление элементов соглашения о транзите энергоресурсов. В соответствии с концепцией, предложенной авторами этого документа, предлагается заключать единообразные транзитные договоры, предусматривающие гарантию бесперебойности поставок, предсказуемый и обоснованный уровень тарифов, решение всех конфликтов специальными международными органами путем дипломатических консультаций и без привлечения судебных органов.

    Таким образом, из даже поверхностного анализа "Концептуального подхода…" видно, каким хочет видеть Россия мировой рынок энергоносителей. Во-первых, этот рынок должен находиться под влиянием государств, которые будут не только устанавливать определенные законодательные правила игры, но и принимать участие в совместной выработке регуляторных документов, стимулировать общие научные исследования, составлять энергетические балансы и планировать крупные инфраструктурные проекты на базе долгосрочных прогнозов потребления и производства энергоносителей.

    Для Европейской комиссии такая постановка вопроса, очевидно, выглядит не совсем приемлемой, поскольку ЕС рассматривает мировой рынок с точки зрения взаимодействия не государств, а частных компаний. Роль правительств, согласно европейскому подходу, должна ограничиваться регуляторными и контрольными функциями. Вся политика центральных органов ЕС в отношении энергорынка в последнее десятилетие как раз и была направлена на то, чтобы максимально освободить его от государственного влияния и подчинить законам свободной конкуренции.

    И если Россия, по-видимому, не против того, чтобы отказаться от глобальной биржевой торговли нефтью, заменив ее долгосрочными международными контрактами (что, кстати, решило бы проблему высокой волатильности цен на энергоносители), то Еврокомиссия, наоборот, стремится распространить механизм свободного рыночного ценообразования на все секторы энергорынка.

    Для рынка природного газа фактически предлагается система с многочисленными поставщиками и потребителями, определяющими цены на краткосрочный период в соответствии с текущими тенденциями. Не зря одно из предложений Еврокомиссии в отношении организации газового рынка после утверждения "третьего пакета" заключается в отказе от долгосрочных контрактов с поставщиками.

    Во-вторых, Россия выступает за усиление взаимозависимости между поставщиками и потребителями энергоносителей. При этом производители готовы допускать иностранных игроков в свои добывающие отрасли с целью получения доступа к передовым технологиям, но и сами хотят иметь возможность приобретать активы в сферах транзита и дистрибуции.

    Здесь российский подход категорически противоречит европейскому. Еврокомиссия с целью поощрения свободной конкуренции считает обязательной фактическую ликвидацию вертикально интегрированных энергокомпаний, в то время как "Концептуальный подход…" ее поощряет.

    При этом, если Россия в своем предложении делает упор на усиление сотрудничества между различными участниками рынка, то для ЕС принципиально важны соперничество между ними и обеспечение максимального уровня конкуренции.

    В-третьих, Россия, как и ЕС, стремится к выделению транзита энергоносителей в отдельную сферу деятельности, но при этом ее подход также существенно отличается от европейского. Российский "Концептуальный подход…" ставит во главу угла обеспечение бесперебойного транзита по четким правилам, оставляя за скобками ключевой для Еврокомиссии вопрос собственности на газовые магистрали.

    Почему Россия не Норвегия?

    В целом можно сделать вывод, что Россия, предлагая свой вариант регулирования мирового рынка энергоносителей, стремится:

  • сохранять безусловный контроль над своими природными ресурсами;
  • полностью контролировать газопроводы на своей территории и иметь возможность хотя бы частичного контроля над зарубежными транзитными магистралями;
  • иметь возможность осуществлять продажи газа конечным потребителям в Европе;
  • работать с крупнейшими покупателями по долгосрочным контрактам с прогнозируемыми объемами поставок и стабильными механизмами ценообразования;
  • беспрепятственно транспортировать свой газ в Европу по транзитным сетям, уплачивая за перекачку разумный и прогнозируемый на длительный срок тариф.

    Взамен Россия готова допустить иностранные компании в свой добывающий сектор, но с условием возможности передачи передовых технологий российским игрокам и встречного приобретения активов в дистрибуторских сетях западных стран.

    В связи с этим, Россию абсолютно не устраивают, прежде всего, те положения Энергетической Хартии, которые требуют недискриминационного доступа к транзитной инфраструктуре и национальным энергоресурсам. Это означает, в частности, что любая иностранная компания может добывать газ в России на тех же правах, что и национальные производители, либо закупать газ напрямую в Средней Азии, а потом транспортировать его по российской сети газопроводов на тех же условиях, что и, скажем, "Газпром".

    На первый взгляд, такая позиция России и в самом деле выглядит несправедливой и дискриминационной, а устанавливаемые Евросоюзом ответные санкции и ограничения в адрес "Газпрома" — вполне оправданными.

    Действительно, что мешает российским властям воспользоваться примером Норвегии, которая еще в 2001 г. передала всю экспортную газопроводную систему страны в управление специально созданной государственной компании Gassco? Около 10 норвежских и иностранных компаний, которые добывают газ в норвежском секторе Северного и Норвежского морей, являются также и частичными собственниками Gassco через консорциум Gassled, который фактически выполняет роль наблюдательного совета. Проведя такую реорганизацию, Норвегия полностью выполнила все требования Европейской комиссии, а норвежские компании не будут подвергаться какой-либо дискриминации в рамках "третьего пакета".

    Однако (помимо того, что экспортная торговля газом является частью российской государственной политики) есть объективные экономические факторы, которые препятствуют России взять на вооружение "норвежский" вариант. И в первую очередь, это цена транзита по российской территории.

    Согласно информации, опубликованной на сайте "Газпрома", протяженность Единой системы газоснабжения (ЕСГ) России составляет 158.2 тыс км, средняя дальность транспортировки на экспорт равняется 3251 км. Для сравнения, норвежская Gassco управляет сетями, совокупная протяженность которых составляет всего 7.8 тыс км, а расстояние от Норвегии до крупнейших потребителей ее газа в Великобритании, Германии и Франции измеряется сотнями километров. При этом норвежский газ обходится европейским потребителям в среднем на 20-30% дороже российского.

    Конечно, себестоимость добычи газа на норвежском шельфе из-за высоких "европейских" затрат может быть выше, чем на Ямале, но один из основных факторов дороговизны норвежского газа заключается в высокой стоимости транзита, в которую включены все расходы на поддержание в надлежащем состоянии системы подводных трубопроводов. В то же время, дешевизна российского газа во многом определяется минимальными ценами на его транзит по российской территории.

    "Газпром" фактически дотирует свою газотранспортную систему, зарабатывая прибыль, в основном, на перепродаже относительно дешевого среднеазиатского газа в Европу и Украину и разнице между затратами на добычу газа в Сибири и доходами от его продажи в ЕС.

    При этом норма этой прибыли не слишком и велика. Именно по этой причине "Газпром" так стремится к приобретению дистрибуторских активов в европейских странах. Ведь в современной западной экономике основную прибыль получает не тот, кто производит товар (ему вообще достаются сущие гроши), а тот, кто продает его конечному потребителю.

    Именно поэтому для "Газпрома" неприемлема продажа газа на восточной границе Украины, ведь так он теряет еще больше из своей маржи. Аналогично и "Газпром" не может допустить иностранные компании к своим сетям, ведь тогда ему фактически придется субсидировать своих конкурентов.

    И если Россия, как того требует Европейская комиссия, создаст обособленную от "Газпрома" специализированную газотранспортную компанию, которая должна получать прибыль от своей деятельности, то тариф за перекачку придется включить все расходы по ремонту и модернизации гигантской российской сети газопроводов. Тогда цены на российский газ как для внутренних, так и для иностранных потребителей резко подскочат вверх. А среднеазиатский газ станет более выгодно транспортировать в Европу по газопроводу Nabucco — тот, по крайней мере, короче…

    Естественно, Еврокомиссия хорошо понимает неприемлемость для России положений "третьего пакета", однако ограничения на деятельность "Газпрома" в ЕС полностью укладываются в ее стратегию. Полная либерализация европейского газового рынка требует максимального снижения влияния поставщиков. В идеале в ЕС хотели бы видеть конкуренцию между различными поставками газа, чтобы цены определялись по рыночному принципу и были наиболее благоприятными для потребителей. В связи с этим, в ближайшее время следует ожидать усиления активности Еврокомиссии относительно обеспечения поставок природного газа, альтернативных российским.

    Правда, нынешняя политика ЕС выглядит оптимальной именно с точки зрения текущего момента, когда потребление газа в Европе резко сократилось из-за экономического кризиса, а объем предложения значительно превышает спрос. Если газовый рынок снова превратится в "рынок продавца", Россия, которая в любом случае останется ведущим поставщиком газа в Европу, может взять реванш…

  • Комментарии 0

    Написать комментарий